Ролевая игра "Империя". Рейтинг: NC-17.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Фанфики

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Все ваше творчество относительно фанфиков)
Более длинные рассказы выставляйте в другой теме.

0

2

Встреча в парке

Фандом: Гарри Поттер
Рейтинг: PG-13
Пейринг: ДУ/ГП
Жанр: romance
Отказ: Harry Potter, names and characters are copyright © J.K.Rowling.
Аннотация: И снова ночь. И снова они встретились в том самом парке…
Комментарии: -
Размер: мини
Статус: закончен

Тоненький серп мертвенно-бледной луны едва-едва подсвечивал темные улицы небольшого городка. По едва освещенной скудным сиянием замызганных фонарей улочке медленно брел встрепанный юноша. Он был в совершенно обычной белой футболке, в немного потертых черных джинсах и в потрепанных кроссовках, что явно относились к тому виду обуви, которая была дорога своему владельцу, несмотря на ветхость, изношенность и старость фасона. Стекла круглых очков в черной оправе отражали тусклый свет, и из-за этого совершенно не видно было глаз парня: ярко-зеленые, полные какого-то бурного смешения чувств, которое и не разобрать-то толком, они полыхали также и внутренним, незатухающим огнем. Изредка налетающий ветерок трепал и без того вовсе не идеальную прическу молодого человека, и тот несколько раз в крайнем раздражении на погоду приглаживал ладонью волосы.
И все бы было в нем вполне обычно, если бы из заднего кармана джинсов не выглядывал бы кончик деревянной палочки, с которой юноша, видимо, никогда не расставался. Судя по кончику, палочка была лакированной и, возможно, полированной, однако по тому незначительному видневшемуся куску определить это было совершенно невозможно.

Юноша, казалось бы, брел совершенно без цели. Стороннему человеку легко могло прийти на ум, что паренек просто вышел подышать свежим воздухом. Однако же, если бы этот человек за ним понаблюдал пару-тройку дней, то он наверняка заметил бы, что любая ночная прогулка брюнета неизменно кончалась в одном и тем же месте: в маленьком парке на пересечении двух главных улиц городка. Парк был разбит совсем недавно, и потому не был он еще так испорчен местной молодежью, как более крупный и старый неподалеку; днем там нередко собирались молодые мамы с детишками, благо стояли там и качели, и небольшая горка.
Ступив под сень деревьев в прохладный и гостеприимный мрак главной аллеи, парень немного прибавил шагу. С каждой секундой становилось все теплее – никто не мог объяснить этого парадокса, но в самой середине парка всегда было очень тепло и сухо, даже сразу после дождя.
Неожиданно налетевший порыв ветра, дунувшего прохладой прямо в лицо юноши, встрепал его челку, открывая запрятанный под ней шрам в виде молнии на лбу. Молодой человек, казалось, не обратил на это внимания: небрежным жестом приведя в относительных порядок свои волосы,  он спокойно продолжал идти в глубь парка, к «детской площадке».
Уже на подступах к самому сердцу парка, к его душе и его самому теплому месту, стал слышен легкий скрип качелей. Парень, заслышав скрип, вдруг замер и задумался о чем-то. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу и словно думая, стоит ли идти туда, дальше.
Наконец, простояв так несколько минут, юноша собрался с духом и несколькими немного неуверенными шагами пересек остатки аллеи. Он оказался на небольшой круглой площадке, обнесенной витиеватым литым бордюрчиком, на котором были красивые листочки и цветочки. На находившейся в центре маленькой клумбе, также огороженной этим импровизированным заборчиком, пышно цвели огромные снежно-белые и кроваво-красные, во мраке казавшиеся почти черными, розы. Немного в отдалении, среди деревьев, находилась песочница, полная хорошего качественного песка. На самой же площадке, около выхода с аллеи, располагалась маленькая детская горка, а напротив, у продолжения, стояли две скромные, но зато новые и выкрашенные зеленой краской изумительного оттенка качели на цепях. Освещал площадку только скудный свет луны.
На одной из качелей сидела спиной к юноше, задумчиво глядя на деревья, молодая девушка примерно его же возраста. Девушка была в светлом сарафане до колена и красных босоножках, подчеркивавших огненную рыжину огромной гривы ее пышных волос. Волосы ее были распущены, и ярким водопадом они стекали вниз по спине юной леди.
Юноша сделал несколько осторожных шагов к качелям. Девушка даже не обернулась, а просто тихо сказала:
– Привет, Гарри.
Парень тихо вздохнул с неимоверным облегчением. Пришла. Она.
Несколькими быстрыми шагами пройдя разделявшее их с девушкой расстояние, Гарри сел на соседние качели и принялся тихонько, как его собеседница, раскачиваться. Он глянул на юную даму и вдруг заметил у нее на коленях маленькую коробочку, обернутый в какой-то невзрачный пакет.
– Привет. Я думал, что ты не придешь.
– Я не могла не прийти. И ты это знаешь, – задумчиво ответила девушка и бросила короткий взгляд на собеседника. – Тем более что ты, наверное, сегодня уже уйдешь отсюда.
– Может быть… я еще и сам не знаю.
На какое-то время воцарилась тишина, нарушаемая лишь легким скрипом качелей и шепотом переговаривающихся в темноте деревьев.
Гарри исподтишка разглядывал свою собеседницу. Девушка, казалось, вовсе не шевелилась; качели ее едва заметно двигались, но сама девушка застыла на ней, будто каменно изваяние и, казалось, задумалась о чем-то своем. Ветерок лениво трепал ее огненно-рыжие волосы, цвет которых не терял яркости даже в этом полумраке.
Неожиданно в тишине раздался короткий писк, прозвучавший так резко, что девушка вздрогнула. Но это были всего лишь электронные часы Гарри, возвестившие о наступлении полуночи.
– Ничего, Джинни, это мои часы, – успокоительно сказал юноша, наконец разрушая порядком опостылевшее ему безмолвие.
– Часы? Электронные? – Джинни удивленно нахмурилась. На ее красивом лице даже эта не очень хорошая эмоция выглядела просто очаровательно. – Откуда?
– Да Дадлины это. Ему их подарили, он сломал и выбросил. Мне они понравились, я взял их и починил, – пожал плечами юноша. Джинни, глянув на него, увидела уже не щуплого подростка, а молодого мужчину, которому, возможно, вскоре предстояло спасти мир…
Девушка едва заметно передернулась.
– О, ясно… ладно…  – она взяла с колен маленькую коробочку и протянула ее Гарри: – Держи, это тебе…
– Спасибо, – он вежливо улыбнулся. Джинни было невыносимо больно смотреть, как Гарри холоден к ней.
…все слишком сильно изменилось за неполные полтора месяца…
Она быстрым, изящным движением соскочила с качелей и кивнула Гарри.
– Ладно, мне пора, а то мама будет кричать. А ты знаешь, какая она… – девушка скривила рожицу.
Гарри понимающе усмехнулся, чуть склонив вихрастую голову.
– Знаю… пока, увидимся.
Джинни нежно улыбнулась Гарри. Она так и решилась ему сказать, что больше не сможет прийти…
Девушка кивнула и прикоснулась к висевшему у нее на шее кулону. Поттер только сейчас заметил, что на ней была цепочка с сиреневатым камнем в круглой серебряной оправе.
Одно касание – и девушка исчезла с негромким хлопком, будто ее и не было вовсе. Гарри глубоко вздохнул, прислушиваясь к природе, продолжавшей вести свою тихую беседу и, казалось, вовсе не заметившей разговора юноши и девушки. Домой идти Поттеру не хотелось вовсе, потому что не было у него желания разбудить сладко сопящих в своих уютных постелях Дурслей и выслушивать очередную их нотацию насчет «ночных шастаний по городу добропорядочных людей». Вторгаться в их замкнутый и скудный мирок было себе дороже…
Потому Гарри решил открыть подарок от Джинни прямо здесь, в парке.
Достав палочку из кармана своих истрепанных джинсов, парень создал около своей головы испускающий свет молочно-белый шарик. Шар висел в воздухе возле уха Гарри, а его света едва хватало, чтобы разобрать буквы; впрочем, юноше и надо было именно это.
Он медленно и аккуратно снял оберточную бумагу с коробочки и осторожно приоткрыл ее. Внутри коробочки лежала маленькая открытка, а под ней – небольшой листочек пергамента…
Гарри удивленно посмотрел внутрь коробочки и медленно вытащил открыточку. Это была маленькая валентинка в виде пронзенных стрелой двух сердец. На большом сердечке детским округлым старательным почерком было выведено:

Гарри Поттеру.

Юноша с трепетом медленно раскрыл трогательную открытку. Внутри все тем же почерком были не столько написаны, сколько нарисованы знакомые до боли стихи…

Его глаза хоть видят слабо,
Но зеленей, чем чародея жаба…
А волосы его черней тоски,
Чернее классной грифельной доски…
О Божество, хочу, чтоб сердце мне отдал
Герой, что с Темным Лордом совладал!

Подписи не было, но в ней и не было никакой нужны: этот почерк Гарри легко мог узнать из тысячи других…
Он неожиданно уловил какой-то аромат и удивленно принюхался…
Лаванда.
Еще через пару секунд он осознал, что дивный запах исходит от этой старой открытки, которую ему когда-то запевал гном опозорив его, как ему тогда показалось, на всю его оставшуюся хогвартскую жизнь…
Он вспомнил, что на самом дне коробочки лежит еще и кусочек пергамента. Гарри аккуратно уложил назад валентинку, вытащив листик. Он с трепетом развернул бумажку, сложенную вчетверо заботливой рукою Джинни, и прочел четыре красиво выведенных на пергаменте ярко-красными чернилами строки:

Гарри,
Что бы ты ни делал и где бы ты ни был, я всегда с тобой.
Навсегда твоя
Джинни.

0